Луганские бусы и зеркальца

Хронотоп — понятие, веденное Кортасаром. Оно не прижилось, так что сообщу его значение.
Хронотоп — это уникальное, неповторимое сочетание места и времени. Ну, скажем, московский хронотоп 2013 года отличается от гвинейского, хотя с Гвинеей тоже все далеко не однозначно. Найдутся там, думаю, и вполне современные города и этнографические поселения, где людоедство — вполне респектабельное занятие.
Внешний хронотоп может не совпадать с персональным хронотопом субъекта, и сильно. Это разрыв не создает большого дискомфорта. Такого рода дискомфорт меньше, например, чем страдание от фрустарции своих базовых идеалов.
Сегодняшний луанский хронотоп дает ряд возможностей, потребительских и ментальных. Например, можно приобрести «Мерседес» и ездить на нем по городу. Можно выйти в супермаркет, не снимая домашних тапочек, и купить ананасы. Можно получать любую информацию из интернета.
Чего нельзя — это обсудить любую информацию, полученную из Интернета, с жителями Луганска.
Этот дефицит касается не всех. У многих прекрасно получается. Допустим, фотографию
Или другая Луганская возможность, горы глянцевых изданий в ларьках «Союзпечать». Причем покупают это не все луганчане, а лишь прогрессивные, успешные, продвинутые. Читая статьи разнообразных Саш Бло, они находят для себя ПОЛЕЗНУЮ ИНФОРМАЦИЮ.
Читают глянец далеко не все луганчане. И
Конечно, такие статьи можно отыскать и в интернете, хотя бы на сайтах данных изданий и в других местах. И
Поскольку я общаюсь с представителями интеллектуальной элиты Луганска, чего попало мне не подсовывают. Никаких «Космо» и «Плейбоев». Последние рекомендации касались глянцевых продвинутых изданий «Наш» и «Шо».
С «Наш»
В «Шо», на первый взгляд, все было не столь однозначно. Порекомендовали его, как флагман контркультуры. В первом же номере бросилось в глаза интервью с известным культуртрегером Игорем Яркевичем. В литературу Яркевич ворвался более двадцати лет тому назад с произведениями «Как меня изнасиловали» и «Как я обосрался». Мне сильно повезло получить эти бессмертные творения, отпечатанные на машинке, из рук Яркевича в 1990 году и ознакомиться. Судя по интервью в «Шо», творческая концепция Яркевича за прошедший период сильно не изменилась. Он продолжал контркультурно «обсираться» и «переживать изнасилование», так сказать.
Все остальные материалы были того ж плана. Сообщать девушке, предложившей прикоснуться к свежайшим достижениям мировой конркультуры, о своих мыслях я не стала.
Рассогласование персонального хронотопа с коллективным — это глубоко личное дело. И рассказывать об этом
Ирина Петрова